Решение обнажило конфликт внутри правящей коалиции: одни считают возврат к углю оправданной мерой энергетической безопасности, другие предупреждают о штрафах свыше миллиарда евро за отступление от климатических обязательств.

Суть коротко

• Румыния перезапустила и подключила к национальной энергосистеме ТЭЦ «Парошени» — старейшую угольную электростанцию страны, введённую в эксплуатацию в 1956 году на реке Жиу, левом притоке Дуная.
• Первый энергоблок АЭС «Чернаводэ» остановлен из-за засухи и жары, второй работает в ограниченном режиме; уровень Дуная остаётся на исторически низких отметках.
• Врио премьер-министра Илие Боложан назвал происходящее «энергетическим кризисом регионального уровня» и призвал граждан, компании и госорганы добровольно сократить потребление энергии в часы пик.
• Госсекретарь Минэнерго Кристиан Бушой предупредил, что возобновление работы закрытых угольных станций может обернуться штрафами свыше €1 млрд и заблокировать финансирование из Национального фонда возобновляемой энергии.

Возвращение старейшей ТЭЦ страны

Тепловую электростанцию «Парошени» перезапустила румынская энергокомпания Complexul Energetic Valea Jiului. По словам её генерального директора Самуэля Диоане, запасы угля на станции превышают 40 тыс. тонн, и станция будет работать как минимум до выходных, а при поступлении запроса от Национального диспетчерского управления энергоснабжения — и в выходные, и в последующие дни. Показательная деталь: этой весной энергоблок в долине реки Жиу отпраздновал 70-летие — станция возвращается в строй спустя семь десятилетий после ввода в эксплуатацию, притом что часть подобных мощностей в Румынии уже была закрыта в рамках климатических обязательств страны.

Чернаводэ и общая картина кризиса

Перезапуск угольной станции происходит на фоне уже знакомой по предыдущим материалам картины: уровень Дуная достиг исторического минимума, первый энергоблок АЭС «Чернаводэ» остановлен, а второй продолжает работу в ограниченном режиме на фоне нестабильных гидрологических прогнозов. Похожая история несколькими днями ранее развернулась и в Словении — там АЭС «Кршко» сократила мощность до 80% из-за низкого уровня и высокой температуры воды в Саве, притоке того же Дуная. Ранее власти Румынии уже взрывали скалы на дне реки, пытаясь поднять уровень воды у станции инженерными методами. Теперь ко всем этим мерам добавился запуск резервной угольной генерации — сигнал того, что инженерных решений оказалось недостаточно, и страна вынуждена задействовать резервные мощности, несмотря на политическую цену такого шага.

Цена компромисса — уголь против «зелёных» обязательств

Именно эта политическая цена стала главным новым поворотом сюжета. Кристиан Бушой прямо назвал возобновление работы закрытых угольных электростанций «крайне опасным решением»: Румыния в своё время получила европейское финансирование на реализацию альтернативных проектов взамен закрытия таких мощностей, и обратный шаг может подорвать доверие европейских партнёров и заблокировать доступ к деньгам Национального фонда возобновляемой энергии. При этом решение принято на фоне открытых разногласий внутри коалиции: лидер Социал-демократической партии Сорин Гриндяну поддержал поправки в законодательство, которые отсрочили бы закрытие части угольных мощностей — то есть кризис уже не только гидрологический и энергетический, но и внутриполитический.

Почему это важно для Казахстана

Румынская дилемма — что дороже, штраф за отступление от климатических обязательств или риск энергодефицита — Казахстану в таком виде не знакома: страна не связана обязательствами ЕС и параллельно реализует собственный национальный проект по развитию угольной генерации стоимостью не менее 7,5 трлн тенге, о котором мы писали в контексте роста экспорта казахстанского угля. Но сам румынский случай показателен как предупреждение: страна, которая годами последовательно закрывала угольные мощности ради климатических целей, при первом серьёзном гидрологическом кризисе оказалась вынуждена вернуться к резервному углю в срочном порядке. Для Казахстана, который одновременно строит АЭС «Балхаш», развивает гидроэнергетику и не отказывается от угля, урок в другом: любая ставка на единственный источник генерации — будь то атом, вода или уголь — создаёт уязвимость, если именно этот источник окажется зависим от климатических условий, которые перестали быть предсказуемыми.

Авторский вывод

За полтора месяца европейский водно-энергетический кризис прошёл путь от единичной новости про французские реакторы до истории с политическим расколом внутри румынского правительства. Возврат к угольной генерации, которую страна годами последовательно выводила из эксплуатации, показывает: когда энергетическая система оказывается в реальном дефиците, климатические обязательства и инженерные амбиции быстро уступают место банальному вопросу — где взять электричество прямо сейчас. Для стран, которые только выстраивают собственный энергобаланс, это любопытное напоминание, что диверсификация источников генерации — не абстрактный принцип, а страховка на случай, когда один из источников подведёт одновременно у нескольких соседей.