Работы на участке «Берилл E2» ведутся национальными силами, а Минобороны Алжира заявляет, что Франция не передаёт архивы и карты захоронений, пишет Algeria Press Service.

Суть коротко

• Вторая операция началась 1 ноября 2026 года на участке «Берилл E2» в районе Ин-Эккер провинции Таманрассет.
• Работы выполняются «национальными материальными и людскими ресурсами», их контролирует Министерство национальной обороны Алжира.
• Радиоактивные отходы собирают и помещают в бетонные контейнеры, первая частичная операция стартовала в феврале 2026 года.
• Франция, по утверждению Алжира, не выдаёт карты и реестры, по которым можно найти места захоронения отходов.

Что известно о второй операции

Минобороны Алжира сообщило, что работы начались 1 ноября, в 72-ю годовщину начала Алжирской революции 1954 года, на территории 6-го военного округа. Участок «Берилл E2» относится к подземному испытательному тоннелю в районе Ин-Эккер. Специалисты должны определить границы радиоактивных зон, собрать отходы и поместить их в бетонные контейнеры. Операцию контролирует Минобороны совместно с национальным агентством по реабилитации бывших французских ядерных полигонов на юге страны. В ведомстве назвали задачу «настоящим вызовом для национальных компетенций» и заявили, что работы идут в соответствии с международными нормами по обозначению радиоактивных зон, сбору и хранению отходов, об этом рассказало издание TSA.

Что было до этого

Франция провела в Алжире 17 ядерных испытаний: 13 подземных и 4 атмосферных, первое состоялось 13 февраля 1960 года в районе Регган, когда страна ещё была под французским управлением. Первая частичная операция по очистке стартовала в феврале 2026 года у Таурирт-Тан-Афелла возле Ин-Эккер, о ней сообщили 14 февраля: специалисты организовали лагерь для дезактивации, куда собирают отходы и хранят их в бетонных контейнерах.

Почему Алжир говорит о проблеме с документами

Минобороны утверждает, что Франция отказывается передавать реестры и карты испытаний и не берёт на себя ответственность. Из-за отсутствия карт, по словам ведомства, сложнее определить, где именно захоронены отходы в Ин-Эккер и Регган. Позиции Франции по этому сообщению в материалах Минобороны нет.

Что остаётся неизвестным

Алжир не назвал объём отходов, которые предстоит извлечь, и сроки завершения очистки. Не сообщено и то, какая доля загрязнённых участков уже обработана.

Что происходит с радиоактивным наследием в Казахстане и Центральной Азии

В Казахстане завершили обозначение границ Семипалатинской зоны ядерной безопасности: из более чем 18 тыс. кв. км обследованной территории около 8,3 тыс. кв. км сохраняют радиационные риски, а около 10 тыс. кв. км признаны безопасными. Учёные Национального ядерного центра считают, что современное загрязнение полигона остаётся локальным. Казахстан также возглавил региональный совет СНГ по обращению с радиоактивными отходами. В соседних странах рекультивация идёт неравномерно: в Кыргызстане завершили работы на отвалах бывших урановых рудников в Тоо-Моюне и Кызыл-Жаре, а рекультивацию крупнейшего уранового хвостохранилища Таджикистана начнут не раньше середины 2028 года.

Авторский вывод

Алжир решил не ждать передачи документов и начал очистку по частям, участок за участком: сначала Таурирт-Тан-Афелла, теперь «Берилл E2». Такой подход позволяет убирать отходы там, где место известно, но без карт остаётся риск пропустить захоронения. Вопрос о документах, а не техника очистки, остаётся главным предметом спора с Парижем.