Казахстан отверг опасения о вывозе вольфрама в виде дешёвого сырья

Ответ представителя профильного ведомства прозвучал определённо, сообщает Zakon.kz.

Суть коротко

• Генеральный директор Центра развития торговой политики Нурлан Кулбатыров на брифинге 16 сентября 2026 года ответил на вопрос журналистов о рисках вывоза вольфрама как дешёвого сырья в рамках проекта иностранных инвесторов по добыче на месторождениях Северный Катпар и Верхнее Кайракты в Карагандинской области.
• Позиция Казахстана — не экспорт сырья, а первичная обработка и локализация производства внутри страны; логистика транспортировки необработанной руды в страны, заинтересованные в редкоземельных металлах (ЕС, США, Япония), обойдётся слишком дорого, чтобы вывозить именно сырьё имело экономический смысл.
• В марте 2026 года Казахстан впервые вошёл в тройку мировых лидеров по добыче вольфрама — после запуска Богутинского месторождения с запасами 285 тыс. тонн; по данным USGS и SunSirs, в 2025 году страна добыла 2,4 тыс. тонн в пересчёте на чистый металл, уступая только Китаю (67 тыс.) и Вьетнаму (3 тыс.).
• В 2025 году Казахстан впервые экспортировал вольфрамовую руду и концентрат за рубеж — 3,7 тыс. тонн в Китай на $71 млн.

Официальная позиция и её обоснование

Кулбатыров сформулировал позицию без обиняков: цели вывозить сырьё из страны нет, приоритет — «первичная обработка, локализация производства в Казахстане». По его словам, логистика доставки необработанной руды в страны, заинтересованные в редкоземельных металлах — страны ЕС, США и Японию, — обойдётся слишком дорого, поэтому производители полуфабрикатов, скорее всего, будут строить мощности именно там, где заключают инвестиционный контракт. Отдельно он привёл чисто экономический аргумент — вывозить руду на дальние расстояния технически и финансово сложно, поэтому подобный сценарий сейчас даже не рассматривается всерьёз. По его словам, редкоземельные металлы по своей природе — сложные продукты, и любому инвестору так или иначе придётся проводить первичную обработку и готовить полуфабрикаты перед экспортом, вне зависимости от первоначальных договорённостей.

Как Казахстан вошёл в тройку лидеров

Место Казахстана среди крупнейших производителей вольфрама сложилось не постепенно, а благодаря запуску одного крупного объекта — Богутинского месторождения, освоение которого вывело страну в число ведущих мировых поставщиков этого сырья. В 2025 году Казахстан впервые в своей истории экспортировал вольфрамовые руды и концентраты за рубеж, отправив весь объём в 3,7 тыс. тонн в Китай на $71 млн. Если сопоставить эти данные с показателями других стран, Казахстан обошёл всех поставщиков, кроме Северной Кореи, данные по которой оцениваются лишь косвенно из-за закрытости страны. Международные эксперты ожидают, что значимость Казахстана на мировом вольфрамовом рынке продолжит расти, в том числе при поддержке американских инвесторов.

Связь с уже знакомой темой переработки

Месторождения Северный Катпар и Верхнее Кайракты для читателей hunn.kz уже знакомы: мы упоминали их в контексте казахстанской молибденовой отрасли, где они фигурировали как крупные источники этого металла. Тот факт, что те же самые объекты теперь обсуждаются в контексте добычи вольфрама, показывает: комплексные месторождения такого типа нередко содержат сразу несколько ценных металлов одновременно, а значит, вопрос глубины их переработки становится ещё более значимым — из одной и той же руды в перспективе можно получать сразу несколько видов продукции с добавленной стоимостью, а не только сырьевой концентрат одного металла.

Позиция Кулбатырова также напрямую перекликается с тем, что Казахстан заявлял, вступая летом 2026 года в глобальный технологический альянс Pax Silica первым в Центральной Азии: тогда вице-премьер — министр ИИ и цифрового развития РК Жаслан Мадиев прямо говорил о стремлении выйти за рамки роли поставщика сырья и создавать технологическую добавленную стоимость внутри страны. Вольфрам, будучи критически важным минералом для производства твёрдых сплавов и электроники, попадает ровно в ту категорию ресурсов, ради которой альянс и создавался, — а значит, нынешний спор о локализации его переработки является практической проверкой того, готова ли эта декларация превратиться в конкретные условия конкретных инвестконтрактов.

Авторский вывод

Ответ представителя Центра развития торговой политики примечателен тем, что содержит не только политическую декларацию о нежелании быть сырьевым придатком, но и вполне прагматичный экономический аргумент — простая логистика делает вывоз необработанной руды на дальние расстояния невыгодным сам по себе, независимо от государственной политики. Хватит ли одной экономической логики, чтобы гарантировать реальную локализацию переработки, или потребуются дополнительные регуляторные меры, станет ясно уже по мере того, как конкретные инвестиционные контракты на Северном Катпаре и Верхнем Кайракты перейдут от переговоров к практической реализации.