В Нидерландах запустили крупнейший в Европе проект по улавливанию CO2

Уловленный газ поедет в буквальном смысле через границу — в Норвегию, чтобы навсегда осесть на глубине под морским дном.

Суть коротко

• Компания Yara International ввела в эксплуатацию крупнейшую в Европе установку по улавливанию и хранению углекислого газа (CCS) на заводе в Слейссейле, Нидерланды, — одном из крупнейших в Европе производств аммиака и минеральных удобрений.
• Уловленный CO₂ будет сжижаться и по трансграничной цепочке транспортироваться в Норвегию, где его закачают на глубину около 2,6 км под морским дном на континентальном шельфе; мощность установки — до 800 тыс. тонн CO₂ в год.
• За 15 лет эксплуатации Yara рассчитывает вывести из промышленного цикла около 12 млн тонн CO₂; приём и хранение обеспечивает оператор Northern Lights — совместное предприятие Total, Equinor и Shell.
• Проект стал первой в мире коммерческой трансграничной цепочкой транспортировки и хранения CO₂ — обязывающее соглашение между Yara и Northern Lights подписано ещё в 2023 году.

Как работает трансграничная цепочка

Особенность проекта Yara — не сама технология улавливания как таковая, а именно трансграничная логистика. Углекислый газ улавливается непосредственно на промышленной площадке в Нидерландах, затем сжижается и по морю переправляется через государственную границу в Норвегию — в инфраструктуру Northern Lights, откуда его закачивают в геологические формации под дном Северного моря. Ни улавливание, ни хранение по отдельности не новы для отрасли, но именно связка «улавливание в одной стране — постоянное хранение в другой» ранее не была реализована на коммерческой основе.

Northern Lights — инфраструктура для всей Европы

Northern Lights — часть более масштабного норвежского проекта Longship, на 80% финансируемого государством. Первая фаза мощностью 1,5 млн тонн CO₂ в год уже полностью забронирована клиентами по всей Европе, а операторы рассматривают расширение мощностей до более чем 5 млн тонн в год. Именно такая логика — не строить собственное хранилище на каждом отдельном промышленном объекте, а создавать общую инфраструктуру, к которой могут подключаться разные компании из разных стран, — делает Northern Lights потенциальной моделью для всей европейской промышленности, а не только для одного завода Yara.

Почему это важно для Казахстана

Отрасль, в которой работает Yara, — производство аммиака и минеральных удобрений — для читателей hunn.kz уже знакома: мы писали о том, что Казахстан выстраивает собственный полный цикл производства удобрений, включая крупный химический комплекс «KazAzot Prime» в Мангистауской области. Производство аммиака технологически связано с заметными выбросами CO₂, а значит, вопрос улавливания и хранения углерода рано или поздно встанет и перед казахстанскими проектами такого профиля — особенно с учётом того, что страна одновременно развивает собственный рынок углеродных единиц, позволяющий фермерам зарабатывать до $40 за тонну CO₂ за счёт регенеративного земледелия. Похожая логика монетизации климатического эффекта прослеживается и в другом казахстанском сюжете: учёные подсчитали, что высохшее дно Аральского моря выбросило в атмосферу 748 млн тонн CO₂, и предложили финансировать восстановление водоёма именно через продажу углеродных кредитов. Опыт Yara показывает, что для энергоёмких химических производств CCS — не футуристическая технология, а уже коммерчески работающая практика, пусть пока и в масштабах, недостижимых для большинства стран без похожей межгосударственной инфраструктуры.

Авторский вывод

Проект Yara показывает, что борьба с промышленными выбросами углерода переходит из стадии деклараций в стадию конкретной, коммерчески работающей инфраструктуры — с трансграничными цепочками поставок, забронированными мощностями и планами расширения на годы вперёд. Для стран вроде Казахстана, чья экономика во многом опирается на энергоёмкую промышленность — от нефтепереработки до производства удобрений и металлов, — норвежско-нидерландский пример важен не как повод для немедленного копирования, а как ориентир: технология улавливания и хранения углерода дошла до стадии, когда её экономику и логистику уже можно изучать на действующем, а не гипотетическом примере.