Ульбинский металлургический завод годами перерабатывал бериллий, тантал и ниобий, поступавшие в основном со стороны. Теперь склады пустеют, и завод возвращается к собственной геологоразведке — на участке, который начали изучать ещё в 1950-х, сообщает Qazba.kz.

Суть коротко

• Ульбинский металлургический завод (УМЗ), структура «Казатомпрома», начнёт разведку на бериллий, тантал и ниобий на участке Восточный-1 в Шетском районе Карагандинской области; общественные слушания назначены на конец октября.
• Лицензия на разведку № 3268-EL получена ещё в мае 2025 года; план рассчитан на три года — с 2027 по 2029-й, включая полевые и лабораторные работы, 1500 погонных метров бурения (10 поисковых скважин) и 50 км маршрутных исследований.
• По данным Qazba.kz, складские запасы бериллия, тантала и ниобия на УМЗ в последние годы снижались, поэтому завод диверсифицирует сырьевую базу — одновременно через разведку и добычу внутри страны и через импорт из-за рубежа.
• Первоначальные геологоразведочные работы на этом участке проводились ещё в 1950–1960-е годы; в скважине № 2 ранее зафиксирована концентрация оксида бериллия до 0,251%, а гамма-нейтронный каротаж подтвердил, что минерализация сохраняется на глубину.

Что покажет новая разведка

Участок Восточный-1 занимает всего 4,5 кв. км — от ближайшего посёлка Талды до него около 3 км, до одноимённой реки —1,8 км. Изучение начнётся с топографической съёмки беспилотником: аэрофотосъёмка, построение ортофотоплана и цифровой модели местности нужны для точной привязки будущих горных выработок и скважин. Маршрутные исследования будут носить рекогносцировочный характер — их главная задача не открыть что-то новое с нуля, а картировать уже пройденные канавы и найти исторические буровые скважины, чтобы уточнить фактическое положение рудных зон. Значительная часть площади, по данным разработчиков плана, остаётся недостаточно изученной именно из-за перекрытия рыхлыми отложениями, снижающими эффективность поверхностных методов поиска.

Почему завод возвращается к собственному сырью

Ключевая деталь, объясняющая саму логику проекта, — не геологическая, а снабженческая. УМЗ годами перерабатывал бериллий, тантал и ниобий, поступавшие со стороны, но склады этого сырья в последние годы сокращаются. Возвращение к разведке спустя более полувека после первых исследований на Восточном-1 — часть стратегии диверсификации сырьевой базы, где внутренняя добыча дополняет, а не заменяет импорт. В 19 км от участка уже находится месторождение Нураталды, где «Тау-Кен Самрук» ранее заявляла о планах начать добычу бериллиевой руды с 2028 года, — то есть Шетский район Карагандинской области постепенно превращается в один из центров казахстанской бериллиевой отрасли сразу с двумя проектами по соседству.

Связь с уже знакомой картиной

История УМЗ логично продолжает то, что мы уже разбирали применительно к казахстанской минерально-сырьевой политике: страна параллельно расширяет портфель проектов по редким и критическим металлам — от вольфрама, где Казахстан вошёл в тройку мировых лидеров, до собственно инициатив по переходу от продажи редкоземельного сырья к его переработке внутри страны. Показательно и то, что тот же Ульбинский металлургический завод уже фигурировал в подобных материалах — на его руднике Караджал в области Абай добывают плавиковый шпат, сырьё для плавиковой кислоты, применяемой при переработке именно таких упорных редких металлов. Новая разведка на Восточном-1 добавляет к этой картине ещё одно направление — не переработку привозного сырья, а поиск собственных источников бериллия, тантала и ниобия непосредственно внутри страны.

Авторский вывод

Снижение складских запасов — куда более практичный и менее эффектный повод для геологоразведки, чем громкие заявления о новых стратегических металлах, но именно он объясняет, почему завод обратился к участку, изученному ещё в советские годы, а не искал принципиально новую территорию. Три года на разведку — консервативный срок для проекта такого масштаба, а обнаруженная ранее концентрация оксида бериллия в 0,251% пока остаётся историческим показателем, который предстоит подтвердить или скорректировать современными методами. Реальный практический результат этого проекта — не факт начала разведки, а то, удастся ли в итоге нарастить собственную сырьевую базу настолько, чтобы снизить зависимость УМЗ от импорта этих металлов.