Таджикистан запустил солнечную станцию мощностью 250 МВт

Таджикистан, традиционно ассоциирующийся прежде всего с гидроэнергетикой, сделал заметный шаг в сторону солнечной генерации.

Суть коротко

• Президент Таджикистана Эмомали Рахмон ввёл в эксплуатацию солнечную электростанцию мощностью 250 МВт в городке Шайдон Аштского района Согдийской области — строительство началось в ноябре 2025 года, объект занимает площадь 793 гектара.
• Проект реализовала компания «Айон энерджи»; для подключения к единой энергосистеме страны построена двухцепная воздушная линия напряжением 220 кВ протяжённостью 9,8 км до подстанции «Ашт».
• После запуска станции производственные мощности по выработке электроэнергии в области выросли на 61%, а сам объект сможет обеспечивать около 40% потребности региона в электричестве.
• На 2027 год поручено построить дополнительные фотоэлектрические станции общей мощностью 700 МВт — то есть нынешний запуск лишь первый этап куда более масштабной программы.

Зачем Таджикистану локальная генерация

Один из практических мотивов проекта — сокращение потерь при передаче энергии на расстояние: сейчас значительная часть электричества поступает в Согдийскую область с юга страны, а собственная генерация непосредственно в регионе позволяет избежать части неизбежных потерь при транспортировке по протяжённым линиям электропередачи. Для страны, энергосистема которой исторически выстроена вокруг крупных гидроэлектростанций, солнечная генерация такого масштаба — заметное расширение технологического портфеля, а не просто дополнение к уже существующим мощностям.

Часть более широкой региональной картины

Таджикский проект логично встраивается в общую динамику развития энергетики Центральной Азии, за которой мы следим весь этот год. Параллельно с крупными гидроэнергетическими проектами вроде Рогунской ГЭС, на строительство которой Всемирный банк недавно выделил ещё $300 млн, и Кыргызского Казарманского каскада, страны региона всё активнее осваивают и солнечную генерацию — похожие шаги мы наблюдали и в Узбекистане с программой «Солнечный дом» для домохозяйств, и в Казахстане с промышленными ВИЭ-проектами вроде ветропарка Masdar. Показательно, что тот же день, когда Таджикистан отчитался о запуске своей станции, принёс новость и о ещё более необычном солнечном проекте по соседству — Китай испытал первую в мире подводную солнечную электростанцию, демонстрируя, насколько быстро расширяется набор технологических решений в этой сфере по всему региону.

Диверсификация как ответ на уязвимость объединённой сети

Расширение солнечной генерации в Таджикистане приобретает дополнительный смысл на фоне другого события этого года — мы уже писали о том, что 14 августа технологический сбой на Токтогульской ГЭС в Кыргызстане на несколько часов обесточил сразу четыре страны Центральной Азии, включая южные регионы Казахстана. Тот инцидент наглядно показал: энергосистемы региона синхронизированы настолько тесно, что потеря относительно скромных 600 МВт генерации в одной точке способна вызвать каскадные отключения далеко за пределами страны-источника проблемы. Локальная солнечная генерация вроде станции в Шайдоне, работающая на конкретный регион без необходимости передавать энергию через протяжённые транзитные линии, — один из способов снизить подобную системную уязвимость, хотя и не заменяет полностью потребность в согласованной противоаварийной автоматике на уровне всей объединённой энергосистемы.

Авторский вывод

Запуск станции в Шайдоне — часть более амбициозного плана, а не разовый проект: заявленные на 2027 год дополнительные 700 МВт фотоэлектрических мощностей почти втрое превышают уже введённую мощность. Если этот план будет реализован в заявленные сроки, Таджикистан способен заметно диверсифицировать структуру собственной генерации, снизив зависимость от гидроэнергетики, которая остаётся уязвимой к сезонным колебаниям водности рек, — тенденция, с которой уже столкнулись многие страны региона.