У аварии есть техническое объяснение, но не общая для всех сторон версия: казахстанский и кыргызстанский операторы энергосистем изначально указали на разные причины произошедшего.

Суть коротко

• 14 августа в 14:37 по времени Казахстана произошло технологическое нарушение, отключившее электроснабжение потребителей в восьми регионах страны — Алматинской, Жамбылской, Туркестанской, Кызылординской, Карагандинской, Улытауской, Абайской областях и области Жетысу; одновременно перебои затронули Бишкек, Душанбе и часть Узбекистана.
• Казахстанский системный оператор KEGOC называет причиной аварийное отключение двух гидрогенераторов Токтогульской ГЭС в Кыргызстане общей мощностью 600 МВт, что перегрузило транзит Север–Восток–Юг и привело к отделению Южной зоны Казахстана от Объединённой энергосистемы Центральной Азии.
• Министерство энергетики Кыргызстана изначально сообщало другую версию — о внешнем отключении высоковольтной линии, соединяющей север и юг энергосистемы Казахстана; на момент подготовки материала кыргызстанская сторона официально не подтвердила версию KEGOC.
• Полное восстановление электроснабжения в Казахстане заняло около 6 часов; общий объём ограничений достиг 2810 МВт, из них около 300 МВт — в Алматы.

Что произошло технически

Энергосистемы Казахстана, Кыргызстана, Узбекистана и Таджикистана работают синхронно, как единая сеть, — это повышает общую надёжность, поскольку при нехватке мощности в одной стране энергия автоматически перераспределяется от соседей. Но у такой системы есть обратная сторона: она физически не может «отказать» в помощи мгновенно, а пропускная способность линий электропередачи, через которые идёт перераспределение, ограничена. По данным KEGOC, именно это и произошло 14 августа — резкая потеря генерации на Токтогульской ГЭС создала дефицит мощности в объединённой энергосистеме, спрос на переток резко вырос, транзитные линии 500 кВ «Агадыр — Улкен» и «Актогай — Талдыкорган» оказались перегружены, и противоаварийная автоматика разорвала транзит, чтобы не допустить каскадного развития аварии на север Казахстана.

Разные версии причин

Казахстанская и кыргызстанская стороны разошлись в объяснении первопричины. KEGOC настаивает, что всё началось с аварийного отключения двух гидрогенераторов Токтогульской ГЭС в 14:37. Министерство энергетики Кыргызстана в своём заявлении указывало иное время и иную причину — внешнее отключение высоковольтной линии, соединяющей север и юг энергосистемы Казахстана, в 15:34, из-за которого Объединённая энергосистема Центральной Азии перешла в изолированный режим, а сама энергосистема Кыргызстана временно заработала отдельно. Министерство энергетики Узбекистана со своей стороны сообщило об «аварийном отключении в энергосистеме соседней страны», не назвав, о какой именно стране идёт речь. Расхождение в показаниях системных операторов — обычная практика на начальном этапе расследования подобных аварий, и точку в этом споре должна поставить специальная комиссия, которая расследует причины технологического нарушения.

Последствия для казахстанских городов

Заметнее всего авария проявилась в Алматы — мегаполисе, зависящем от внешнего энергоснабжения. Из-за отключения остановилось метро, застряла канатная дорога, а отключение светофоров спровоцировало пробки на дорогах. Жители на несколько часов остались без света, части бытовой техники и связи. KEGOC восстанавливало энергоснабжение поэтапно: сначала в Карагандинской, Улытауской и Абайской областях, затем в Алматинской области и Жетысу, и в последнюю очередь — в Жамбылской, Туркестанской и Кызылординской областях, откуда и начиналась авария. Полное восстановление по всем регионам заняло около шести часов.

Мнение эксперта — репетиция перед атомной эрой

Инженер-энергетик Бахытжан Джаксалиев в колонке для Exclusive.kz предложил смотреть на инцидент шире, чем на единичную аварию. По его мнению, произошедшее — практическая репетиция того, с чем энергосистеме Казахстана предстоит столкнуться при вводе в строй атомных энергоблоков большой мощности: если относительно скромная потеря 600 МВт на соседней ГЭС вызвала отделение целой энергозоны и веерные отключения, то потеря энергоблока АЭС мощностью порядка 1200 МВт создаст нагрузку совершенно другого масштаба. Джаксалиев настаивает, что каждый крупный энергоблок нужно вводить в строй вместе с заранее просчитанным сценарием его внезапной потери — резервными мощностями, накопителями энергии, усиленными сетями и согласованной с соседями настройкой противоаварийной автоматики, а не по принципу «сначала построим, а затем решим, кто подстрахует». Это позиция одного эксперта, а не официальная оценка, но она поднимает вопрос, который в любом случае встанет перед энергосистемой страны по мере ввода новых крупных генерирующих мощностей.

Авторский вывод

Спор о том, что именно стало первопричиной — авария на Токтогульской ГЭС или отключение линии внутри Казахстана, — важен для расследования, но для энергосистемы в целом куда важнее другой вывод, с которым согласны обе стороны: относительно небольшое возмущение в одной точке объединённой сети способно за считаные минуты обесточить сразу несколько стран. Пока специальная комиссия разбирается с деталями и хронологией, сам факт синхронной уязвимости четырёх энергосистем — уже достаточный повод для казахстанских энергетиков пересмотреть, насколько устойчив транзит юга страны к подобным сценариям в будущем.