Как доход среднего казахстанца менялся последние 30 лет — и почему это не прямая линия роста

Страны Восточной Европы массово перешли в категорию высокого дохода, тридцать азиатских экономик поднялись минимум на одну ступень классификации Всемирного банка, а Гайана совершила один из самых резких скачков в истории — от низкого дохода до высокого благодаря нефти. Казахстан в этот тридцатилетний период тоже прошёл долгий путь, но не по прямой восходящей линии, а через обвал, десятилетие застоя и лишь недавнее восстановление.

Суть коротко

• По классификации Всемирного банка на 2025 год порог перехода в группу стран с высоким доходом составляет $14 375 валового национального дохода (ВНД) на душу населения по методу Атласа; Казахстан входит в группу стран с доходом выше среднего (upper-middle income) с показателем $12 150 в 2024 году.
• Пиковым для Казахстана до недавнего времени оставался 2014 год — $12 080 на фоне высоких цен на нефть; лишь в 2024 году страна впервые превысила этот показатель.
• В 2000 году, после последствий российского финансового кризиса 1998 года, ВНД на душу населения в Казахстане проваливался до $1270 — почти в десять раз ниже нынешнего уровня.
• В том же регионе ЦА и ЕАЭС в группу стран с доходом выше среднего входят также Беларусь, Армения и Туркменистан, тогда как Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан остаются в категории дохода ниже среднего.

Что показывает мировая карта

Инфографика Visual Capitalist, построенная на данных Всемирного банка, сравнивает распределение стран по четырём категориям дохода в 1995 и 2025 годах. Пороговые значения меняются каждый год: в 1995 году границы категорий составляли $725, $2895 и $8955, а к 2025 году выросли до $1175, $4635 и $14 375 — рост отражает и инфляцию, и общее удорожание мировой экономики за три десятилетия. Самые заметные изменения произошли в Восточной Европе, где рыночные реформы, интеграция в Евросоюз и приток инвестиций перевели целый ряд стран в категорию высокого дохода, и в Азии, где экспортно ориентированный рост и развитие промышленности подняли тридцать экономик минимум на одну ступень.

Путь Казахстана — не прямая линия

История казахстанского показателя интереснее, чем простое «богатеем год за годом». После распада СССР и особенно после российского финансового кризиса 1998 года, ударившего и по казахстанской экономике, ВНД на душу населения по методу Атласа опускался до минимума в $1270 в 2000 году. Дальнейший рост, подпитанный нефтяными доходами 2000-х и начала 2010-х годов, вывел показатель на пик в $12 080 к 2014 году. Но затем последовали девальвация тенге 2015 года и резкое падение мировых цен на нефть — экономика отступила на несколько лет назад, и лишь к 2024 году Казахстан вновь превысил уровень десятилетней давности, поднявшись до $12 150. То есть нынешний статус страны в категории доходов выше среднего — это не результат устойчивого линейного роста, а итог полного цикла: обвал, подъём, новый обвал и повторное восстановление.

Соседи по региону

В классификации Всемирного банка Казахстан делит категорию дохода выше среднего с Беларусью, Арменией и Туркменистаном — все четыре страны находятся в диапазоне от $4636 до $14 375. Узбекистан, Кыргызстан и Таджикистан остаются в категории дохода ниже среднего, что отражает более раннюю стадию развития и меньшую зависимость экономик от экспорта сырья. Разница между соседними странами по региону в этой классификации показательна: она отражает не только текущий уровень благосостояния, но и разные модели экономического развития последних десятилетий — от сырьевого экспорта до более диверсифицированных, но пока менее доходных экономик.

Авторский вывод

Разница между показателем Казахстана ($12 150) и порогом высокого дохода ($14 375) на первый взгляд не выглядит огромной — около 15%. Но история последних тридцати лет показывает, что для казахстанской экономики такой разрыв может как сократиться за несколько удачных лет, так и увеличиться за один кризисный год — динамика показателя гораздо теснее привязана к ценам на нефть и курсу тенге, чем к устойчивому структурному росту. Переход в категорию высокого дохода — не вопрос одного удачного года, а вопрос того, удастся ли следующий цикл роста сделать более устойчивым к внешним шокам, чем предыдущие два.