Саммит ООН в Монголии займётся распределением $12 млрд на борьбу с засухой

На этой неделе в Монголии стартовало распределение $12 млрд, обещанных уязвимым странам на борьбу с засухой и деградацией земель, сообщает The Guardian.

Суть коротко

• 17 августа в Улан-Баторе началась 17-я конференция сторон Конвенции ООН по борьбе с опустыниванием (UNCCD), которая продлится до 28 августа; в центре переговоров — практическая реализация Эр-Риядского глобального партнёрства по повышению устойчивости к засухе.
• Партнёрство, созданное в 2024 году под руководством Саудовской Аравии, предполагает выделение $12 млрд в течение семи лет для 74 стран, пострадавших от засухи и деградации земель.
• Этой суммы недостаточно даже близко: по оценке UNCCD, к концу десятилетия потребуется около $2,6 трлн на восстановление деградированных земель, защиту от засухи и восстановление почв.
• Всемирная продовольственная программа прогнозирует, что ещё 50 млн человек могут оказаться в состоянии голода из-за формирующегося сейчас супер-Эль-Ниньо.

Продовольственная безопасность в центре переговоров

Исполнительный секретарь UNCCD Ясмин Фуад связала повестку саммита напрямую с продовольственной безопасностью: «В основе нашей дискуссии лежит тема продовольственной безопасности. Чем больше вы работаете над восстановлением земель, тем более плодородной становится почва, что обеспечивает продовольственную безопасность».

По её словам, свыше 70 стран уже представили собственные планы по борьбе с засухой, и главная задача саммита — превратить эти планы в реализуемые проекты: модернизацию ирригационных систем, пересадку засухоустойчивых культур на новые участки, улучшение сооружений для хранения дождевой воды. Пока все обещанные $12 млрд поступают из государственного сектора, но организаторы рассчитывают привлечь и частный капитал — прежде всего от продовольственных и текстильных компаний, сильно зависящих от воды и урожая.

Неожиданный лидер — Саудовская Аравия

Один из самых любопытных поворотов сюжета — роль Саудовской Аравии. Страна, которая годами блокировала действия по сокращению выбросов и любое упоминание ископаемого топлива на переговорах по климату, стала одним из активных сторонников именно конвенции по опустыниванию — приняла у себя COP16 в 2024 году и пообещала сотни миллионов долларов на её цели.

Замминистра окружающей среды Саудовской Аравии Осама Факиха объяснил это масштабом проблемы: «Деградация земель и засуха оказывают значительное влияние на продовольственную и водную безопасность, биоразнообразие, устойчивость к изменению климата и благополучие почти половины населения мира».

Показательно и то, что США остаются участником конвенции по опустыниванию, несмотря на выход администрации Трампа из Парижского соглашения и Рамочной конвенции ООН об изменении климата — тема борьбы с засухой пока не стала предметом того же политического раскола, что климатическая повестка.

Требование справедливого финансирования

Руководитель отдела защиты интересов нидерландской некоммерческой организации Commonland Лили Максвелл-Лвин обозначила главное требование природоохранных организаций к саммиту: «Наше основное требование на 17-й конференции сторон — это финансирование восстановления земель наравне с тем, что доступно для мер по борьбе с изменением климата, направленных на сокращение выбросов, при поддержке правительств, признающих, что деградированные земли за рубежом представляют прямую угрозу их продовольственной безопасности, миграционному давлению и устойчивости цепочек поставок».

Аргумент показателен: пока климатические переговоры годами собирают несопоставимо больше средств и внимания, чем тема опустынивания, хотя последствия деградации земель — рост цен на продовольствие, миграция, нестабильность поставок — касаются богатых стран не меньше, чем бедных.

Почему это важно для Казахстана и Центральной Азии

Прогноз Всемирной продовольственной программы о дополнительных 50 млн голодающих из-за супер-Эль-Ниньо напрямую перекликается с тем, что мы уже разбирали: формирующийся в этом году климатический эпизод сравнивают с самыми сильными за всю историю наблюдений, и для Центральной Азии он несёт не засуху, а повышенный риск ливней и волн жары — то есть разные регионы страдают от одного и того же явления по-разному, но одновременно. Опустынивание и деградация земель для Казахстана и соседей по региону — не абстрактная тема далёкого саммита: значительная часть орошаемых земель в Центральной Азии уже вышла из оборота, а страны региона реализуют собственные программы восстановления пострадавших территорий. По данным Министерства экологии и природных ресурсов РК, более 70 млн гектаров пастбищных угодий страны подвержены деградации, а 26 млн га из них — почти 20% всех пастбищ страны — уже настолько деградировали, что экологи предложили создать отдельную межведомственную комиссию для их спасения. Системный ответ на ту же проблему уже есть на законодательном уровне — летом 2026 года Сенат принял закон «Об охране почв», вводящий обязательный земельный паспорт и единую систему почвенного мониторинга. В том же контексте Казахстан уже перенимает опыт Китая, который за 40 лет создал вокруг пустыни Такла-Макан защитное зелёное кольцо протяжённостью более 3000 км — сотрудничество идёт через Китайско-Центральноазиатский центр по предотвращению опустынивания. Решения, принятые в Улан-Баторе о механизмах финансирования — через государственные партнёрства вроде саудовского или через привлечение частного капитала, — определят, на какую международную поддержку смогут рассчитывать подобные региональные инициативы в будущем.

Авторский вывод

То, что тема опустынивания — многолетний «бедный родственник» среди трёх экологических конвенций Рио — вдруг собрала $12 млрд и неожиданного спонсора в лице нефтедобывающей Саудовской Аравии, показывает, как быстро меняется расстановка приоритетов под давлением конкретных, ощутимых последствий: рекордной жары, пожаров и угрозы голода для десятков миллионов людей. Но даже $12 млрд на фоне заявленной потребности в $2,6 трлн — это меньше половины процента от необходимого, и главный вопрос двух недель переговоров в Улан-Баторе не в том, удастся ли распределить обещанные средства, а в том, удастся ли убедить мир, что земля заслуживает того же уровня финансирования, что и климат.